Introduction. Cutaneous melanoma (CM) is a highly aggressive malignant tumor characterized by pronounced heterogeneity and high metastatic potential. Although CM accounts for only about 2 % of all malignancies, it contributes to 80 % of skin cancer-related mortality.
Aim. To perform a comparative analysis of the clinical, anamnestic, pathomorphological, and molecular genetic characteristics of amelanotic cutaneous melanoma (ACM) and melanotic cutaneous melanoma (MCM) to determine prognostic criteria and assess the risk of disease progression.
Materials and methods. A retrospective single-center study was conducted including 93 patients aged 18–90 years with histopathologically verified primary stage I–II CM who received radical surgical treatment (wide local excision, R0) between 2021 and 2024. Sentinel lymph node biopsy was performed for tumor thickness >0.8 mm. Patients were divided into two groups: ACM (n = 33) and MCM (n = 60). Exclusion criteria were stage III–IV disease, hypomelanotic melanoma, uveal melanoma, mucosal melanoma, multiple primary tumors, and metastases of unknown primary site.
Results. No significant differences in patient age were observed between the groups; females predominated in both cohorts. ACM was more frequently localized on the trunk (45 % of cases) and lower extremities (24 % of cases), whereas MCM was located on the trunk (57 % of cases) and upper extremities (20 % of cases). ACM predominantly exhibited a nodular growth pattern (75.7 % of cases), while MCM was mostly superficial spreading (53 % of cases). ACM was diagnosed at stage IIC in 36.4 % of cases, whereas MCM was diagnosed at an early stage (IA) in 50 % of cases. ACM demonstrated extremely aggressive morphological parameters: median Breslow thickness was 4.05 mm (versus 1 mm in MCM), and the rate of epidermal ulceration was 60 % (versus 21.6 % in MCM). The median mitotic rate per 1 mm² in ACM was 8 times higher than in MCM. Compared to MCM, the molecular genetic profile of ACM was characterized by a higher frequency of mutations in both the BRAF gene (57.5 % vs 47 %) and the NRAS gene (18.1 % vs 5 %).
Conclusion. Amelanotic cutaneous melanoma significantly differs from the melanotic form by the predominance of the vertical growth phase (nodular subtype), manifestation at advanced localized stages (stage IIC), and a combination of highly unfavorable morphological parameters (high mitotic activity, pronounced Breslow thickness, ulceration) along with a high frequency of BRAF and NRAS gene mutations. This complex of features determines the aggressive biological potential of ACM and accounts for a high risk of tumor progression.
Введение. Меланома кожи (МК) – высокоагрессивная злокачественная опухоль, характеризующаяся выраженной гетерогенностью и высоким метастатическим потенциалом. Несмотря на то что МК составляет лишь около 2 % всех онкологических заболеваний, доля этой патологии в структуре смертности, связанной с онкологическими заболеваниями кожи, составляет 80 %.
Цель исследования – провести сравнительный анализ клинико-анамнестических, патоморфологических и молекулярно-генетических характеристик беспигментной (БПМК) и пигментной (ПМК) МК для определения прогностических критериев и оценки риска прогрессирования заболевания.
Материалы и методы. Проведено ретроспективное одноцентровое исследование, в которое вошли 93 пациента в возрасте 18–90 лет с патогистологически верифицированной первичной МК I–II стадии, в 2021–2024 гг. получавших радикальное хирургическое лечение (широкое иссечение, R0). При толщине опухоли >0,8 мм выполнялась биопсия сторожевого лимфатического узла. Пациенты разделены на 2 группы: БПМК (n = 33) и ПМК (n = 60). Критериями исключения из исследования служили заболевание III–IV стадии, гипопигментная увеальная меланома, меланома слизистых оболочек, первично-множественные опухоли, а также метастазы без выявленного первичного очага.
Результаты. Значимых различий по возрасту пациентов между группами не обнаружено; в обеих когортах преобладали женщины. БПМК чаще локализовалась на туловище (45 % случаев) и нижних конечностях (24 % случаев), ПМК – на туловище (57 % случаев) и верхних конечностях (20 % случаев). БПМК преимущественно имела узловую форму роста (75,7 % случаев), ПМК – поверхностно-распространяющуюся (53 % случаев). БПМК в 36,4 % случаев диагностировалась в стадии IIC, ПМК в 50 % случаев – на ранней стадии (IA). БПМК продемонстрировала крайне агрессивные морфологические параметры: медиана толщины опухоли по Бреслоу – 4,05 мм (против 1 мм при ПМК), частота изъязвления эпидермиса – 60 % (против 21,6 % при ПМК). Медиана количества митозов на 1 мм² при данном заболевании оказалась в 8 раз выше, чем при ПМК. Молекулярно-генетический профиль БПМК по сравнению с ПМК характеризовался более высокой частотой мутаций как в гене BRAF (57,5 % против 47 %), так и в гене NRAS (18,1 % против 5 %).
Заключение. Беспигментная меланома кожи значимо отличается от пигментной формы преобладанием вертикальной фазы роста (узловая форма), манифестацией на поздних локализованных стадиях (IIC стадии), а также сочетанием крайне неблагоприятных морфологических параметров (высокая митотическая активность, выраженная толщина опухоли по Бреслоу, изъязвление) и высокой частоты мутаций в генах BRAF и NRAS. Данный комплекс признаков определяет агрессивный биологический потенциал БПМК и обусловливает высокий риск прогрессии опухоли.